Беден… да нет, просто нищ невеликий английский язык Шекспира и Теккерея. На все наши слова и обращения типа «мальчик», «мальчишка», «мальчишечка», «молодой человек!», «мальчуган», «мальчонка», «малец», «мо́лодец», «молодчик», «молодчинка», «мужчина», «мужик», «мужичок», «мужичонка», «мужчинка», «юноша», «юнец», вьюнош», «ребятёнок», «ребя!», «парень», «паренёк», «подросток», «пацан», «пацанчик», «пацанёнок», «паря!», «парубок», «парнишка», «парниша», «чувак», «чувачок», «малой!», «малыш!», «приятель!», «дружок», «дружище!», «дружбан», «земляк», «земеля!», «землячок!», «брат!», «браток», «братан», «братишка», «брательник», «сынок», «кент», «крендель», «перец», «фраер», «крутик», «одночлен», «хлопец», «хлопчик», «хмырь», «детина», «детинушка», «старичок!» и многие другие (ограничусь пятью дюжинами примеров), у них – на всё про всё – есть всего одно слово, до и то из трёх букв – «boy”… Можно загордиться, если не знать о трудностях перевода иного толка: то, что мы просто называем снегом, у эскимосов имеет около сотни отдельных названий…
© Владимир Бутков
Свежие комментарии